16-17 мая в Москве пройдет вторая международная конференция "Биотехнология и бизнес". На ней должно начаться взаимодействие российской науки, промышленности и бизнеса в самом перспективном направлении прогресса ХХI века.

Увы, рынок биотехнологий в России находится в зачаточном состоянии. Здесь существует огромный разрыв между научной идеей и получением прибыли от ее реализации. Талантливые исследователи слабо представляют реальные потребности бизнеса, а он не обладает информацией о российских разработках и становится потребителем западных биотехнологий. Как преодолеть это недомыслие?

Под патронатом Министерства промышленности, науки и технологий РФ, при участии Минздрава и Минсельхоза 16-17 мая в московском гранд-отеле "Ренессанс Олимпик Пента" пройдет Международная конференция, которую организуют компании "Аберкейд консалтинг" и "Биохиммаш". На ней наконец-то обретут друг друга российские биотехнологии и бизнес. Как будет заключен этот долгожданный союз, накануне события "Верстам" рассказал его активный организатор - генеральный директор АО "БИОХИММАШ" Андрей МОШКИН.

- Андрей Германович, мало кто знает, что в России активно внедряются передовые биотехнологии. Расскажите, пожалуйста, как это делает ваша фирма.

- "БИОХИММАШ"- это институт прикладной биотехнологии. Мы можем проводить лабораторные опыты, но наша главная цель - научную идею, рожденную в лаборатории, довести до промышленного производства. Мы разрабатываем проекты, биотехнологии и оборудование для наших заводов.

- Что они выпускают?

- Биотехнология - это когда работает не химия, а микроорганизмы. Например, вместо того, чтобы посыпать поля ядами, мы вносим в почву микроорганизмы, выращенные на заводе, "обученные" пожирать вредителей. Так, до весны при хранении обычно сохраняется 60 процентов картошки, остальная плесневеет и гниет. Но наши биотехнологи разработали специальные грибки, которые поедают эту плесень. Они абсолютно безвредны для человека; и достаточно в течение зимы несколько раз обработать ими картофель, чтобы он сохранился до самого лета без потерь. Подобным образом можно сохранять другие овощи и фрукты.

- Недавно специалисты сообщили мне страшную тайну: в некоторых странах яблоки обрабатывают ядом - формалином и везут их на продажу в Россию. Так что напрасно мы радуемся поразительной свежести заграничных яблочек?

- Вот именно. Но у нас есть биотехнологические методы обработки, которые совершено безопасны для человека.
А вот другой пример. Одна четверть сырья, которое потребляет фармацевтическая промышленность, имеет растительное происхождение. И мы разрабатываем технологии выращивания растительных клеток в искусственных условиях. Не надо искать в далеких странах редкие растения (тем более - занесенные в Красную Книгу): все полезное, что в них есть, мы производим в лабораториях и на заводах.
Еще одна область - пищевая промышленность. В процессе цивилизации человеческий организм почти не изменился, хотя двигаться и есть мы стали гораздо меньше наших предков. Но витаминов и микроэлементов нам надо столько же, а их катастрофически не хватает в скудном рационе, который, в основном, состоит из рафинированных и суррогатных продуктов. Ликвидировать эту нехватку и связанные с ней болезни можно только пищевыми добавками, которые содержат все вещества, недостающие человеку. И мы эти добавки делаем.

- Какие разработки вы внедряете: российские или зарубежные?

- Только отечественные. К сожалению, мы не очень связаны с западными учеными...

- А может быть - к счастью?

- Нет, мир един, и надо жить открыто. Но "БИОХИММАШУ" досталось от прошлого тяжелое наследие: институт решал секретные проблемы Министерства обороны, мы были оторваны от всего мира, варились в своей среде. В последние годы ситуация изменилась, и мы поняли: чтобы добиться успеха в мире, надо быть открытыми для него.

- Вы имеете в виду, что нам следует учиться у Запада?

- Наши специалисты ничем не хуже других. Мы можем делать такие же технологии и препараты, как на Западе. Но делать нам это тяжело, потому что у нас плохое "железо".

- ?

- Для простоты приведу аналогию из другой отрасли: если мы делаем автомобили и вместо вкручивания деталей вбиваем их кувалдой, то это губит не только машины, но и работников. У нас в стране низкая культура производства, в том числе в области биотехнологий.
И если мы хотим составить конкуренцию на мировом рынке, то должны иметь на производстве нормальных, квалифицированных и - страшно сказать - трезвых работников. Не надо никаких рывков и надрывов: пришел на работу вовремя, все четко сделал по инструкции и спокойно ушел домой.

- У нас в стране этого не хватает?

- Этого не хватает во всем мире. Например, в Америке сложилось мнение, что "Форды" делают неквалифицированные работники, возможно, находящиеся в нетрезвом или каком другом состоянии. Там не покупают эти машины, но их с радостью приобретают наши новые русские...

- Но, вопреки низкому уровню общей культуры, наши биотехнологии и продукты не хуже зарубежных?

- Это один из парадоксов русской жизни. Более того: некоторые вещи у нас лучшие в мире, но мы не научились их продавать, и в результате покупаем за рубежом худшие вещи.
Например, мы делаем уникальные пищевые добавки на основе микроводоросли спирулины. Направленным биосинтезом мы "научили" ее во время роста вырабатывать нужные человеку микроэлементы: цинк, селен, магний, и другие. В отличие от обычных добавок, в составе спирулины эти вещества усваиваются на сто процентов. Их нельзя съесть черезчур много: все излишки выводятся из организма за счет активизации обмена веществ.

- Вы "научили" микроводоросль "делать" микроэлементы методами генной инженерии?

- Нет, в ДНК мы не вмешивались. Наш продукт экологически абсолютно чистый. И жаль, что об этом знают далеко не все потребители. Да, эти добавки можно было бы легко производить химическими методами. Но люди больше доверяют живым существам и охотнее покупают продукты биотехнологий. И мы стараемся удовлетворить эту потребность.

- Наверное, щадящими методами можно решать и экологические проблемы?

- Есть много методов очистки земли от нефтяных загрязнений: можно просто поджечь пятно, посыпать его химией, собирать вручную. Но на последнем этапе, когда почва пропиталась нефтью, и ее уже никак нельзя собрать, наступает торжество биотехнологии. Мы вносим в почву биопрепарат со специальными бактериями, которые начинают поедать нефть. Когда она исчезает в почве, бактерии умирают, честно выполнив свой долг. Потом в этой почве размножаются другие микроорганизмы, и восстанавливается жизнь. Эта наша разработка называется "Биоклинер": от английского слова "чистить". Наши препараты отличаются от других тем, что работают в жестких российских условиях: когда холодно, высокая кислотность почв, и так далее.

- Мировые СМИ время от времени сообщают нам страшные новости. Мол, на генетически модифицированном картофеле погибают не только жуки, но и бабочки, другие насекомые, следом за ними - поедающие их птицы, звери, и так далее. Рвутся биологические цепи, которые природа создавала миллионы лет, начинается экологическая катастрофа. Но еще страшнее, что начинают болеть и вырождаться подопытные мыши, которых кормили этой картошкой. Что, если население России вымрет, перейдя на генетически модифицированный "второй хлеб"?

- Средства массовой информации настолько запугали простых людей, что для них взять в руки такую картошку все равно, что схватить раскаленную до бела стальную отливку. Но остановить научно-технический прогресс невозможно. Посевы генетически модифицированных растений в США, Китае и других странах занимают гигантские площади. И нет гарантии, что нам с вами не продают такие продукты - соевые, картофельные, и так далее. Ведь мы живем не за железным занавесом, наша система не замкнутая. Нужна очень тщательная проверка продуктов, идущих из-за рубежа, а в России наладить ее очень нелегко.
Опасность модифицированных продуктов всем понятна. Но тут начинается борьба производителей и потребителей. Вне всякого сомнения, производство таких продуктов экономически выгодно. А следовательно, агрофирмы будут стараться протолкнуть их на рынок. Но потребители имеют право требовать, чтобы их предупреждали о продаже модифицированных продуктов. Тогда они могли бы выбирать: дешевле или безопаснее.

- Еще много копий ломают над клонированием людей. Ужас: их будут размножать в пробирках, чтобы потом вырезать у них органы для трансплантации стареющим богачам

- Недавно Государственная Дума РФ приняла во втором чтении законопроект о запрете на 5 лет всех исследований по клонированию человека. Но этот временный запрет не касается клонирования живых клеток и тканей, которое очень нужно пищевой промышленности и медицине.
Например, в нашем институте мы выращиваем клетки почти любых полезных растений. Не надо лазить за ними по горам и лесам, ждать сезона - в стандартных условиях можно вырастить их сколько угодно со стандартным качеством. Это очень ценно: промышленность не зависит от погоды, какого-то региона - у нее всегда урожай.
И мы уже думаем о том, как сделать второй шаг - выращивать культуры клеток для органов человека. Причем, брать их для размножения надо не у других людей, а у самого пациента, чтобы потом не было отторжения тканей. Конечно, эта проблема на порядки сложнее, чем выращивание растительных клеток. Но ее решение окупится сторицей, потому что нет ничего более ценного, чем продление человеческой жизни и повышение ее качества.
Однако англичане пошли еще дальше - разрешили все виды клонирования, в том числе людей, чтобы благодаря этому стать мировыми лидерами в биотехнологиях. Пока в них лидируют американцы, но они запретили клонирование. И нам очень сложно судить, кто из них прав.

- Но есть бесспорные достижения. Так, в России создано лучшее в мире универсальное лекарство для лечения всех шестисот разновидностей гриппа. Это "Гриппферон", его получили с помощью биотехнологий: бактерии "научили" воспроизводить человеческий интерферон, взятый из чистой донорской крови десятки лет назад, когда еще не было СПИДа и других болезней, которые сделали непригодной для лекарств кровь современных людей. Подобные примеры говорят о том, что без биотехнологий мы просто не выживем в наше время экологического, климатического, энергетического и прочих кризисов?

- Да, и в тех странах, где это понимают, на биотехнологиях делают огромный бизнес. Например, американская компания "Иммунэкс" была создана в 1982 году, и ее акции стоили тогда долларов 18. За двадцать лет их стоимость увеличилась в несколько раз и достигла 240 долларов. Семнадцать лет эта компания была неприбыльной, а сейчас она стоит более 20 миллиардов долларов. А свой успех "Иммунэкс" построила всего на одном лекарстве - "Энбрелл", которым излечивается артрит. Благодаря ему даже тяжело больные люди, лежавшие без движения, начинают ходить и вести полноценный образ жизни.
А общая прибыль от биотехнологий в прошлом году составила во всем мире 28 миллиардов долларов. По оценкам компании "Эрнст и Янг", биотехнологическая отрасль будет расти на 15-20 процентов в год в течение 3-5 лет, а к концу десятилетия этот рост ускорится до 30 процентов в год. Это при том, что внутренний валовой продукт растет в западных странах, в среднем, на 2 процента в год.
Мировой рынок биотехнологий в 2010-му году может составить 2 триллиона евро - пред этой цифрой меркнет все. Здесь ожидается просто фантастический рост. А информатика, которая бурно развивалась в последние годы, уходит на второй план.

- Но сверхприбыли биотехнологических фирм создают соблазн у их руководителей закрывать глаза на опасность таких методов, как клонирование людей, выращивание генетически модифицированных растений и животных?

- Я уже говорил, что мы не в силах остановить научно-технический прогресс. Можно ли было уговорить ученых не разрабатывать атомную бомбу, когда от них этого требовали политики? Должен ли был Сахаров выбросить свои результаты исследований по термоядерной реакции? Вряд ли, ведь тогда американцы получили бы абсолютное превосходство и мы не могли этого допустить.

- Вы имеете в виду, что биотехнологии подобны ядерной бомбе?

- Безусловно. С одной стороны, это великое открытие, новые горизонты, которые могут сказочно улучшить жизнь людей. Но, с другой стороны, биотехнологии позволяют создать страшное оружие, по сравнению с которым, ядерные бомбы показались бы детскими игрушками.
Кому мы отдадим технологии клонирования людей, генетической модификации растений и животных? Доросли наши политики и бизнесмены до такого уровня, когда они будут использовать эти достижения только для общего блага? Увы, пока гарантии нет. Поэтому для России является благом запрет этих исследований на 5 лет. За это время наши руководители смогут подрасти.
Мы не должны допустить, чтобы ядерный "топор" оказался в руках дикаря, - тем более нельзя ему доверить биотехнологии.

- Но некоторые считают, что запретами клонирования и других спорных методов мы сами себя загоняем в каменный век.

- Доля российской экономики сейчас меньше 2 процентов от мировой. Но в области биотехнологий наше отставание от среднего мирового уровня составляет два порядка. Запреты здесь мало что изменят: мы отстали на целый круг. Но именно поэтому мы можем вырваться вперед, если перенесем центр тяжести нашей экономики на биотехнологии.
Ведь мы живем в стране гениев. Несмотря на страшное разорение страны в Великой Отечественной войне, смогли догнать Америку, создать атомную и ядерную бомбы. Мы первыми запустили искусственный спутник Земли и послали в космос человека. И в области биотехнологий мы смогли бы творить чудеса. Но для того, чтобы сделать их достоянием народа, надо повысить культуру нашего общества, которая сейчас в обыденной жизни оставляет желать лучшего.
Поднять биотехнологии в России очень непросто: надо выпускать продукцию ХХI века в структуре экономики 50-х годов (продажей нефти, газа, стали на Западе занимались полвека назад, а у нас - до сих пор). Но если мы раскрутим биотехнологии, то сможем добиться всего.

- Извините, Андрей Германович, но я вас не понимаю: то вы призываете поднимать отечественные биотехнологии, то намекаете, что это почти невозможно. Как вы оцениваете наши перспективы?

- Я смотрю в будущее с оптимизмом, и вот почему. Три с половиной года "БИОХИММАШ" находился в процедуре банкротства. Он имел большие долги и вообще мог быть ликвидирован. Но суд провел анализ и пришел к выводу, что восстановление платежеспособности возможно, и в 1998 году назначил меня внешним управляющим института, который должен начать его возрождение. И предприятие действительно удалось спасти.
Каким образом? Мы уговорили кредиторов очень сильно уменьшить свои требования (иначе они вообще ничего не получат) и сделали реструктуризацию долгов, чтобы выплачивать их не единовременно, а в течение определенного периода. Еще мы продали неиспользуемое имущество. Эти и другие меры дали нам возможность зарабатывать деньги, и мы начали погашать свои долги. И это дало эффект: мертвое предприятие ожило. И я убежден, что возможно реанимировать всю биотехнологическую отрасль России.
Теперь нам надо сделать следующий шаг: направить институт не по научному пути и не по военному, а по пути бизнеса. Либо мы станем лидерами в продаже отечественных биотехнологий, либо честно умрем. У каждого талантливого ученого обязательно должен быть хороший менеджер, который продает его разработки. Ведь в одном человеке эти таланты очень редко сочетаются.

- Насколько я понял, конференция 16-17 мая нацелена именно на то, чтобы наши биотехнологи нашли своих менеджеров?

- При старой системе управления народным хозяйством по отраслевому признаку не было рынка, а следовательно - информации о возможностях и потребностях страны в области биотехнологий. Сейчас эта информация нужна всем, но у нас нет органа, который бы мог организовать такой обмен. И мы хотим, чтобы на нашей конференции начался такой обмен информацией между учеными, производственниками и бизнесменами.
Нам всем надо познакомиться друг с другом. Чтобы каждый разработчик нашел себе производителя и инвестора. Чтобы инвестор нашел выгодный проект. Чтобы производитель нашел деньги для закупки нового оборудования. А представители министерств и ведомств должны найти стратегию развития биотехнологий в России. Главное сейчас - информация и контакт.

- И последний вопрос - философский. Одни говорят: окружив себя генетически модифицированными растениями и животными, начав размножаться "почкованием", мы быстро выродимся и вымрем. А другие, наоборот, доказывают, что только биотехнологии позволят людям совершенствовать себя и природу, чтобы приспосабливаться к стремительным изменениям в окружающем мире. Куда же нам идти?

- Я думаю, надо выбрать золотую середину: развивать биотехнологии, соблюдая осторожность. Тогда мы не перемрем - наоборот, станем жить гораздо лучше. Ведь люди очень хорошо самоорганизуются в сложных условиях - особенно русские, которые во время кризиса работают лучше всего.
К сожалению, в России сильны ожидания манны небесной: блага должны падать с неба. Мол, надо довести до президента информацию о наших проблемах, и тогда он все решит. Мы не ждем от правительства молочных рек, главное - не мешайте и не лоббируйте интересы западных компаний. Мы сами все можем сделать. Не надо ни на кого надеяться, кроме себя. Просто мы должны быть максимально ответственными за свое рабочее место - и тогда в стране все наладится.